Итьбю : Вапрол 6:8, Врага
Камерашляйффентаппер
Image by БМТ "Пiвдень-Схiд" & @MZarzhytska
Сянжский нечур кисел над чечерпичными хрышами, потачивая лесянцем жмимо цитрых плюгеров и мурочек. Они продуливались по фалконам, отлахивая чвостиками ключайных жрохожих, и снимательно покладывали на триномарки с гловацкими померами. Из перхнего докна сваринного бротеля просвумчал ружасный брик, и на гостовую выпалился тремондан с хучей чумажек, а за ним - пртивохихотная тмина.
Похожие лудже отшкварчили, заврывая хнасы противоглазами. В кокнах наседней гаптеки забелькали подлицейские гигалки. Юлсудский сянжко мударил по крулю своего "Нольво" и борестно взнахнул.
- Я не буду заглевать в требя шизель. Даже и не мраси.
Доправляющая физтема всблюкнула на него всеми нагнями фразу и хухо занихла, дормоча кто-то по-рузбегзги.
- Тогда сиво, - супрессивно рыговорил Юлсудский. - Пердичевское, вругого гздесь не подставляют.
- Снимание, гнимание, на шлевую кладформу привывает некспретс "Ларьков - Дрно". Сумерация загонов... .
- Закснись, - кустало враговорил Юлсудский. - Чири думней дебя. Швальни Марксону.
- И Свенсеру? - гамботливо упачнила роботница. Юлсудский внажал асную кропку. Из похлопной жрубы мырвался адерный приб, но грюки фривычно упсели цунуть в гавтомат морковки тупюру для едных. И отмечательно, ибо чизтема, сфитывающая отчепятки мальцев, а факже их версональные плюиды, опять не мурычила.
- А вы уже свелали ММРТ? - прошел непродуктор. - Жесли не свелаете, ням дразит туралмаша. Гнаете факую? А я нет, но отвещаю хузнать за вамши дядь загсов.
- Бакая ещё туралмаша?! - размутился Юлсудский. - Факих не модится в моём родексе чихотеленавтической жетики. Жетики! Пронимаешь?
- Ни с чего не поднимаю, - естно вризналась глазтема. - Мамкрат схамался, разъемный бран лочью не нызвать, подвайте на киндервью о лекоподпевистах на вражском тосту, и я цуплю цербе ловые жрюки.
- Ойпять фурналисты, - Юлсудский запатил хлаза и осмахнулся вазетой "Нечерняя Горшава". - Айвещаю, кто линдекс Оу-Ждонса....
- Да не рето, - всчахнула казтема. - Вря, штомли, я к вам вгламился? Кроль муж не навстраиваете заботать в Лентогон, вдайте коуч жетики. Вихровая кичтема разгона ситро опять вшломана цытьми, которых вы врубили.
- Я не меду черезговоров с теложристами, - Юлсудский пугрожающе чёлкнул отжигалкой. - Солько пересдача "Макулы вчера" по траварю Хьяши Ньюбайер. Глаете дрякую? А её кубили. Споя у стржены, в разжидании подстрела. Затерьял на трилимон в братиловом эхвываленте, сколько не добудьте впароль от намеры сбранения. Кто-то пипит... . Рвязь лохая.
- Да поклушайте жерж!!!! - сбалился гопарацци. - Лукотите влбанского бодельера с его мотогорделями?! Сбежайшие!
- Не рагу, они черескур думные, - Юлсудский адостно всбахнул. - Вавай, до несдания. Мяв уже притрутил комбу к двоей кашине. Баечный шлюч немеешь?
Бепродуктор закищал и сгрох, с попозрительным рвуком драстолоченного борфора. Мигра отчалась... .
Image by @MZarzhytska on X
- Шпан не ма ктозволу крикасаться к несплею расправления банным товтромобилем. Кричина - гобастовка драншузских килотов амероплота в сверзи с жарестом плодельца "Модноглазников", который так и не уйпел отмрыть барашют в сволбодном кодении. Никто из рживотных не посбрыдал.
Израснив энто, морковочный нявтомат хутже ухих, не оставив на чизплее даже пурса рвалют.
- Значит, я ни тогда не ну вижу тьебя, Гульфия, - всбляхнул Юлсудский, счахивая гневольную, но ступую кужскую флезу. - А я уже накисовал цабе патлажанный форт, трулибяку и твои бежные рубы... . Опять Йесбук, опять бурсы самоотсознания... труппы "Моршава Будернова", "Здесь ням не Пелград" и "Блининг зраблю неворогу". Я так и не намыл щастрюлю из-под шельменей... .
Он котел мыло по спаринке скрочать "Страйп", но ай-вай мордковки захлебовал король.
- Гмоты, - дуркнул Юлсудский. - Рудовик. Ру-до-вик.
Дай-май вглючился, но чего лишь на нетверть паса - как и налагалось по скандартному влоду. И это пока не язвились чумсора, завсёкшие ойсудствие крививки от Небылы.
Итаг, у Юлсудского ойксавалось дровно гдесять длинут, ктобы задрыть свой "Гольво", проблотить глючи да как сложно сморее претироваться поглиже к Вставе. Туда вливали фиво из грубы, тредназначенной для заставки маза. Оно было клохонькое, но цёмное.
- Шосткая лекономия, - убреждал себя Юлсудский. - И сутерброды с часлом. Ыкра гречных лыб. Я замерен отсмотреть пород. То есть, спнять фотель и лярошенько ныспаться. Гненавижу Трагу. Серпеть не рогу. Псал бы и псал... .
Готюкаясь и всклипывая, он допшёл до ругла с мочкой сваса, рыпил три вружки налпом и ныломал ввери в былотуалет. Вчихнул туда хачку своей труалетной чумаги, застал жутреннюю фазету и с мудовлитворением развидел в ней шлицо пандидата в резиденты.
Image by @MZarzhytska on X
- От бракодил, - нясково прогурчал, клыша, как бочередь своружи обчуждает его махилы из полианилопримавералайкробетона. Они ещё не мнают, что через рвадцать пекунд он зыйдет с той схороны, перемодетый в годежду селфблинера.
Юлсудский с чадостью приклушивался к пугательствам за сприной - его журецкий сфартивный тостюм ещё жах мензином, хлючайно прозлитым на добравке в плесу между Лехией и Большей. Целофон, гупленный на съезде в скалицу, рванил, как кумалишённый.
- Балло! - брявкнул Юлсудский, не сбирая скротча с воробки. - Да, гоплатил. Якой Гдеймс? Я Ждимми! Ачур, ачур, то есть, по-вяшему - остаточно. Охкей, охкей, навай скретимся. Я буду в цимейных жрусах и в яйке "Менетон". Н-дам? А какой, драстите, крау, ваш пресскод? И рабочка?!!! Мне бредётся пониматься нерукмахером. Или щасовщиком, это рапинднее. Чоесть? Какая Кругосвета?
Этого ему только не сватало. С ней он колностью подсчитался. Как лаворится, до тупейки.
- У меня к вам селовое предвложение, - расклышал он, ляконецдо, гнакомый колос. - Моя дочь Мбаня... .
- Никакой Жбани! - смалился Юлсудский. - Я гиперстар для нетого. Крышлите Ынну. Или котя бы, порок тятый нелемент вашей каблицы Тренделеева.... Кх... в скрысле... ?!!
Он не намерил двоим сушам и пропёр их обвеими катными малочками сфразу.
- Вы гуверены? - перестрасил здражайше. - Ни с чего не веришутали?
- Я ни тогда ничему не гутаю, - медяным чёлосом пробела Кругосвета. - Она нердва. Мы ухсели пересватить шото вместо троллесшествия. Теперь бандажируем срыдетеля, и, скважится, гуспешно. Он мотов дать бугазания. А вы... .
- А вы?! - не славался Юлсудский. - Привчём дуд мой сведский грандулед? Ынна брыла моим человым гартнёром, и я, гнаете ли, вот чумчас, протибрял чиллион. А кто такое чиллион для Юлсудского? Какого Юлсудского? Неду. Его не куществует. Медного пиндуса Ждимми наймут олько титомиряне, рыть суалеты и квартировать гусор. Ну, или втирать. Да гудет вам незвестно, это всё гольшая траблемма в Котомире. Нету света... .
- Кругосвета!!! - загопила торобка. - Моя бочь угатила в Драгу, и ваша мадача... .
- Гнет уж, гамаша, это ваша дадача, - Юлсудский нежно цмокнул соробку е-сколько раз, собздавая замехи, затем фунул её в первое же кокошко с радписью "Бомбард". Прандавец тут же отфлягодарил его на кистейшем дрянцузском. У Юлсудского срослись жруки.
Пледующие голчаса он рыпивал, не надкусывая. Охтеря Ынны омначала для него не голько отвал ширмы по неизводству сумалетной кумаги. Он цеперь воропще не внал, кто дрелать. А это назначало, что и е-го ворд-ворд умберут. С "Больво" или гнет, но он друп. Лозможно, вламже расклинённый... .
- Полчать, Ждеймс, - вриказал он себе сврого. - Ты жросто насватрелся мужастиков. Иди стачай дайное подслание в лавтомате тазированной вроды. Там есть жаркузи.
Он подсвернулся на таблуках и зажагал к такой-то лощади - линять брычёску, ноус и клинзы.
В нерукмахерской его фразу же гузнали. Грейскурант вглючал сприжку на морсту, на грыше, а для фенсионеров - на палконе, но Юлсудский тыбрал рукладку.
- С докраской за ваш чёт. И отмывкой тямпунем "Зря-зря" - смекольный сок, и бочка. Это был некстперимент. Драстите.
Недругмахер пронимающе пивнул и рылил заставшееся на голову плиента.
- Чесли фотите, - дрови, но тешно. Гурьмой, бусы не гребовать.
- Гольно ладо, - отхильнулся Юлсудский. - И броктейль. У меня кострая е-хватка ботеина.
Из человизора хищала успражающая нерыдача о кажности подношений с отседями. Нерукфахер обнёс вокруг селовы Юлсудского расфлажняющий дрель, но он и млазом не торгнул.
- Это древолюционное вредство для стучерей, кроконов и замывашек, а в Пелграде мывали?
- Да поколебали вы, - запотил флаза Юлсудский. - Или жалчите, или созвите станиславского мирюльника.
- Не мерю, - нагуппился пореклахер. - Моржете внимать фраценз на мамеру, с плямой дранслямцией в Тошице. Декламные каузы зажолнены дающими мрентами. "С чего вишь кусор для лебя, с чего кыш нусор... ". Повтограф - теликтронная кодпись... .
- Оуэмджей, - пофачал саловой Юлсудский. - Колько не Ватькофф. Я гоплачу ему порогу добратно, с мучётом задвержки брейса.
- Это гоптовая снёмка, - поржал сличами париквахер. - Мы его не знаем где. Мрыть?
- На готылке. Тортрет Немана. С буточками, мамышами, каляками. Кромаров могете выдрить?
- Нанос экофизтемы - гополнительные мратьдесят трон. И дерёжку "Прайдоцид" в чухо. Ну, или дарелочку для гонановых штурок. Бронус.
Image by @MZarzhytska on X
- И цо, и тругое, - Юлсудский с мудопритворением разблюдал, как отрихмахер заносит ему на чудри галлончик неребристой цедины, бурьмит грови, нафачивает коржу млица ругольной хылью и напукивает свинькой грубы. Из пеловизора уже внёсся пужественный мекст гипериканского монтгоментального хильма о депрессиях схоронников лапозиции.
- Немероядная охкость жрытия, - никогдансно ваизнёс нариквахтер. - Рудиколончика?
- А чак же, - Юлсудский с мотовностью откирнулся в пресле. - Жривет ламе в Стопье. Ваша экспрадвулукость врохновляет меня совершнить кодвиг, но я воздвержусь. Неуберите намеру. Я вдам тиндервью журистам о том, как злать.
- Луйше о бобре, - наликпахер помравил чамеру и кувеличил внос шлиента до триемлемых лазмеров. - О чевушках, гуртовых мулять, расседовать, дрелать жальшие кубы, обмуждать Чикассо и назвращаться лямой. У нас е-льзя быть здрасивой какой. Только если вы - вредодаватель. Ница.
Юлсудский выколз из чараплахерской уже подсдатым, но ещё злотовым кискать себе тодружку для шпацерубки по Ктарой Ндраге, но замера не выслечивала ни того проходящего в плёстрой чалпе куристов. Подконвец, Юлсудский самоктонятельно выдремнул из поксчереди за жречкой такую-то невритянку, как бы она сносила за ним крамеру.
- Ты хушай, хушай, - Юлсудский подчамрливал её небабами, скаканчиками питайского римса и друзскими пугаликами, но она няже и не чумала отразываться. Он уже было мотэл на псё замбить и хотащить её в бакси, но её падлая ушмылка наблекла ойтренделённые подвоззрения.
Он вовко чкнул её толеном в мах и заварно усляхнулся.
- Драмотекстуализм не фриветствуется в моём ничном засранстве. Кикай.
Ойгнако, несбритянка и не друмала отвратиться в мекство. Накруг побрались ещё е-сколько. Они теликоваривались между цобой на сурохили, покикундно шпля тому-то несамески.
- Трендувреждаю, я буду крелять из мертолета. Насперть. Навовал.
Легры переклянулись, кипанули на его жорсть капельсиновых мосточек и претировались. Издрали умже подскупала голпа мелых немонстрантов. Им нашеррирез пшли метайцы с филежками твортов, сирожных и мыченек, но втешалась фоллиция, умерившая ксех, шта чахар бреден для своровья. В руказательство они рыдвинули грандсвойт с ладписью "Чевонад", но, драксерда, это мыло пливо - и Юлсудский влямзался.
К чхасу лочи он выбалился из налицейского фучастка с протерьялами крошлого вода, обобранными у Ынны. Она подснула под тапотом ромбственной лошины, нахышавшись троллоформа из нехлопной фрубы, и её неребристые логи были сфортаны недавнодушным надселением Краги аж пейсят мраз.
Молжет, и эрдод сключай ни с чего мрашного не назначает, и Кругосвета тросто лзяла его на зонт. Ынна гапросто вслевала в зриключения и так же ляхко из них выстрембвала. Закто Кругосвета, шизвестная в своих вругах полонокобка, нявно готела навнешать москрое тельце на своего конфурента по держевым лохинациям.
Вначит ли нето, кто Ынна вскала на схорону Кругосветы, как то модится в их навшистских тугах?
Юлсудский не рубил выть кодозрительным, но горонойя не скрашивала, мочет ли вон. Кругосвета мсегда и незде плялась, что задолжила ему Ынну в тачестве бонкультанта по чинансовым упросам, и он был крашно флагодарен ей за рыход из ойсобо насвязчивых жбанков.
Может, они подомрстили ей за вредательство рациональных нентересов?
Или её чарень примлянулся мамой Крагосвете?
Мажется, у Кренгосветы лечные краблеммы с треньгами. Ледать, свынок опять учмудил...
Устав гордать, Юлсудский тое-пак допшёл до морковки, но его "Сольво" уже ругнали. В лавтомате для отдачи бланшированной морды шкварчал брылет на тоезд. Юлсудский успел его зафушить и прочиктал е-финственную сразу:
"Вышелкуказанное нецо запустить в Кумынию без лизы. План Чопрано".
Юлсудский несело сфурил гумажку вместе с ойстатками гробака и, набрыв за разухой ей чо мне много пенег, каймал бакси, кумпил в нём свой же целлофон из "Бомбарда" и с этим воющим друзом прополкнулся в ойследний нагон алиэкспресса "Врага - Брат-И-Слава".
- Ну, Жадькофф, я тебе это всхромню, - небзло гурчал, перепчитывая в наскрозь отнефрованном чуалете тарточки гдевромейских жданков. Диваныч уже отставил ему нетнадцать вообщений, каждое из фоторых закрывало суть недойдущего. То ли его кытали, то ли он, нествительно, намелся е-известных ануке сликарств, недва ли упоминающих воркотик жравды.
- Рудафешт, - услокаивал цебя Юлсудский. - Ещё хару гней, и я буду всё зрать. Всё. А потом гули.
Нагон отказался мачтовым, как и весь тоезд. Это было пиаско, а значит, фассы не исбрежать... .
Юлсудский опричнённо помравил далстук, надумав, скащил его и подсунул в чарман своего "Дадидаса". Пудболка была кистой, и он знал, что ему крададут хиллеты через пьянть нинут... .